— Свободное время и жизнь испанца в Москве — какие они?
— Свободное время в Москве — это ходить в театры, посещать музеи, гулять по городу, сидеть на террасах, как мы сейчас, наслаждаясь хорошим кофе. Но я по своей натуре законченный трудоголик.
В смысле, мне нравится моя работа, я ею увлечен. Нравится проводить больше 14 часов, работая, тем более что мне повезло работать дома. Мой офис — это мой дом. И я счастлив, занимаясь своей работой и активистской деятельностью тоже.
— Какие мифы о жизни в России вам известны и в каких из них вы сами разубедились за время пребывания в стране?
— Русские слывут очень холодными и очень серьезными людьми. Это абсолютная ложь. Я жил во многих славянских странах. [Русские] — это самый веселый и общительный славянский народ, который я видел в жизни. Даже больше, чем сербы, я не шучу.
Помню, как я был в Словении, Польше, и они там все похожи на Дракулу. Русские, повторю, — очень веселые и общительные люди, так что это самое большое разубеждение.
Во-вторых, говорят, что здесь постоянно холодно. Сейчас стоит дикая жара, мы разговариваем уже столько времени, а я до сих пор потею, хотя мы сидим в тени.
И на самом деле, я бы сказал, зимы в России, особенно когда идет снег, очень приятные. Это приятный холод — не такой, от которого все леденеет. Я бы сказал, что весной или осенью, когда дует ветер, холоднее, чем зимой.
Еще один стереотип, который, по-моему, пошел из голливудских фильмов, особенно про Джеймса Бонда и подобных, — когда в них появляются «русские» со словами: «Проклятый Запад и все его обитатели!» И все это неправда.
Я как человек с Запада не ощущал по отношению к себе ничего такого. То же самое с теми, кто приезжает из Франции, Италии, Испании, судя по тому, что я видел. Не заметил никакой ненависти к ним ни единожды. Всегда приветливые, гостеприимные, всегда рады познакомиться с этими культурами. И даже притом что идет война, что меня особенно удивило.
Например, в Испании за это время русофобия усилилась как никогда. Правда, в последнее время она начала потихоньку ослабевать, когда все увидели политические, экономические и гуманитарные последствия войны.
Но здесь я не видел ни малейшей ненависти к Западу, никогда. К власть имущим — да, но к людям — никогда. Я бы сказал, это три главных стереотипа, в которых я разубедился за почти уже два года, что я здесь.
— Есть ли испанская диаспора в Москве?
— Есть, у меня были онлайн-контакты с одним из ее представителей. Но, как только моя правовая и политическая ситуация начала ухудшаться, я прекратил с ними все контакты и с тех пор не хочу вообще ничего знать ни про одного испанца. Если только это не друг моего друга, которому я полностью доверяю. По понятным причинам я избегаю случайных контактов. Не то чтобы я против людей с Запада. Просто я не доверяю ни одному из них. А что касается русских — я могу понять, если русский критикует какие-то вещи. Но если вижу, что он «либераст» или, ну вы понимаете, то бегу со всех ног.
Я нахожусь в таких обстоятельствах, что мне нужно быть очень осторожным, с кем я разговариваю. Сейчас, например, выходя из метро, прикрываюсь ради безопасности. В России я знаю, что нахожусь в безопасности — политически, юридически. Знаю, что здесь очень высокий уровень безопасности, но никогда не знаешь, кто рядом с тобой. Так что сейчас, выходя из метро, я оглядываюсь пять раз по сторонам.
— Испанские видеоблогеры в России — знаете кого-нибудь? Скажем, Caminante Rojo, Ramilla de Aventura…
— Испанцев знаю очень мало, не слежу…
Много слежу за Пабло Гонсалесом, отличным журналистом, и за Лю Сивой, отличной российской активисткой, которая тоже была в Испании и в Донбассе. Но, насколько я знаю, оба они русские.
— Правда, что испанцам нравится читать Достоевского и Толстого? Почему?
— Особенно они нравились поколению моих родителей, которые, что интересно, родились во времена франкизма. То есть сегодня на Западе такой уровень когнитивной войны и русофобии, что сейчас в так называемой испанской демократии ее больше, чем во времена самого франкизма. Там, кстати, снимали сцену из «Доктора Живаго», где толпа рабочих пела «Интернационал». В разгар франкизма! И в школах читали и преподавали Достоевского. СССР экспортировал икру и мандарины на Канары. А сегодня торговля, культурные, политические связи абсолютно нулевые.
Приведу пример. Я в Испании искал русский квас или пельмени, и найти их там было абсолютно невозможно. Невозможно после 2022 года. Ни в одном магазине. То, что продается, — это румынские, болгарские продукты, даже украинские — русских нет вообще.
А здесь, в России… Санкции, которые Запад вводит против России, вообще не работают, и я это показываю в своем канале в Telegram. Я каждый день ем гаспачо Alvalle, покупаю чорисо, покупаю хамон, чипсы Vidal, оливки.
То есть гастрономически я не скучаю ни по чему испанскому, потому что все это могу употреблять здесь. Это-то я и показываю своим подписчикам, и они удивляются. Мои подписчики из Испании, кстати, говорят это с большим разочарованием. Мол, гляди, как работают антироссийские санкции — совсем не работают.
— Что пошло не так между РФ и Испанией? Вроде бы правительство Педро Санчеса — социалистическое правительство. А социалисты за всю историю никогда не были против России. И мы всегда вас поддерживали, во время гражданской войны и т.д. Что изменилось?
— Изменилось то, что PSOE (Partido Socialista Obrero Espa? ol, правящая Испанская социалистическая рабочая партия — прим. ТАСС) во времена франкизма, когда была оппозицией по отношению к режиму [Франсиско] Франко, была куплена агентурными сетями ЦРУ. И с тех пор это партия, зависящая от ЦРУ, как и Социалистическая партия Западной Германии в свое время.
Именно поэтому PSOE незаконно втянула Испанию в НАТО в 1982 году. [Хавьер] Солана, который был генсеком НАТО, тоже был из Социалистической партии.
Так что я думаю… не знаю, какое мнение или взгляд у русских на нынешнее испанское правительство. Но нужно отличать настоящего социалиста, коммуниста и марксиста-лениниста от Испанской социалистической рабочей партии, которая сейчас правит страной и не имеет вообще ничего общего ни со своими историческими корнями времен гражданской войны, ни с Коммунистической партией Испании.
— Вас обвиняли в пророссийской пропаганде. Что думаете об этом?
— Обожаю заниматься пропагандой (смеется) [На самом деле] я специализируюсь на том, как влиять на целевые социальные группы, чтобы изменить их образ мышления, а значит, и их поведение. Это то, чем я занимаюсь. И занимаюсь с гордостью, никогда этого не скрывал.
На самом деле мои подписчики обожают мою искренность, и поэтому на меня все больше и больше подписываются люди. Потому что видят, что во мне нет фальши, что я иду по жизни, ничем не прикрываясь, никакими фильтрами.
Считаю, что в мире, где столько лжи и дезинформации, быть настоящим, быть собой — это не только личная добродетель. Это еще и то, что добавляет тебе веса, значимости, когда нужно, чтобы тебя услышали. Потому что люди устали от такого количества лжи.
— А русофобия, о которой вы говорите, — она присуща всем, даже простым испанцам?
— Да. В Испании за то, что я отстаивал Россию, или потому, что знали, что у меня пророссийские политические взгляды, на меня пытались напасть, за мной следили, пытались плюнуть в меня. Это было в последние годы перед [моим отъездом в РФ].
Мой первый опыт общения с украинскими беженцами, которым испанское правительство, кстати, выделяет социальные пособия, чтобы они, внимание, могли жить, не работая… Им дают все и помогают со всем, даже с образованием для детей, помогают найти жилье — то, чего они не делают даже для испанцев, понимаете?
В 2022 году я пошел купить упаковку русского борща в супермаркете в Аликанте, и двое украинцев попытались меня побить. Это был мой первый опыт общения с ними. Потом им пришлось убегать, не буду уточнять почему.
Но ситуация такая. Очень много русофобии из-за того, что публикует пресса, хотя в последние годы этого стало сильно меньше. Также очень много русофобии из-за более чем 350 тыс. украинских беженцев, которых приняла Испания, которые приезжают туда со своими нацистскими украинскими идеями и указывают испанцам, что им думать, а что нет.
Например, я однажды познакомился с украинкой в Испании, за пивом. Она сидела рядом, показалась мне очень симпатичной, и, не вдаваясь в политику, я начал с ней флиртовать и заговорил по-русски. И она стала визжать, кричать, говоря, что не надо с ней разговаривать на «языке демонов». Так и сказала. И потом сказала, поправляя меня — она иммигрантка, я испанец, в моей же собственной стране. Говорит, цитирую дословно: «Правильно говорить “Кыив”, а не “Киев”.
И мне пришлось крикнуть ей: «Говорится “Киев” и по-русски, и по-испански, и на китайском мандаринском». И девушка буквально сгорела со стыда.
А потом Мне позвонила подруга, спрашивала, как дела, и попросила меня поговорить с ней по-русски по телефону. Рядом сидела украинка, и я воспользовался моментом, чтобы сказать: «Да здравствует Россия!» И та ударила кулаком по стене. Такая вот история.
— Чемпионат мира по футболу — смотрели ли?
— Да.
— И что почувствовали, когда испанская сборная выиграла?
— Это не имеет отношения к политике. Футбол — это страсть. И когда речь заходит об Испании — тем более.
К тому же, как говорит один мой хороший друг, этой победой удалось остановить «аферу века». Трамп, финансируя ФИФА, платя ей, хотел обеспечить победу Аргентине, своей марионетке. Думаю, Трамп почувствовал себя сильно униженным. Сторонники [Хавьера] Милея (президент Аргентины — прим. ТАСС) оказались унижены, сионисты оказались унижены.
И в этом смысле думаю, что Испания сделала это ради самой себя, ради своих собственных интересов, не из-за геополитики. Поэтому мои аплодисменты прозвучали для них из Москвы. Единственные. И это моя позиция.