Военнослужащие ВВО — операторы беспилотных летательных аппаратов в зоне проведения специальной военной операции помогают артиллеристам и штурмовым подразделениям в их работе, сообщает ИА «Хабаровский край сегодня» со ссылкой на газету «Суворовский натиск».
Лесополосы в Запорожской области тянутся узкими, неровными линиями. Едва распустившиеся деревья почти не дают укрытия тем, кто пытается спрятаться от взгляда с воздуха. Именно здесь операторы БпЛА группировки войск «Восток» в ходе очередного вылета заметили пункт управления беспилотниками украинских формирований.
На экране монитора — привычный для расчёта вид: вытянутая лесополоса, серая грунтовка. Оператор медленно ведёт «птичку» вдоль кромки, фиксируя любые отклонения от обычной «геометрии» местности.
— С первого взгляда — ничего особенного, — говорит оператор БпЛА с позывным «Руль». — Пара накрытых маскировочной сеткой площадок, следы въезда машин, вытоптанная полоса у края посадки. Но одна из точек привлекает внимание особенно…
В глубине лесополосы под сеткой видно тёмное пятно, рядом — аккуратная площадка, на которой периодически появляются и исчезают несколько фигур. Чуть в стороне — укрытый ветками навес, откуда время от времени выносят ящики. Оператор делает отметку на карте, возвращается сюда позже, уже с другим углом подлёта. Картина повторяется: люди выходят, работают с аппаратурой, что-то загружают, затем техника уходит.
Параллельно соседний экипаж ведёт наблюдение за другой лесополосой. Там похожая ситуация: маскировочные сети, заметные из них укрытия. Постепенно складывается чёткая картинка: противник использует эти участки как пункты управления беспилотниками и склады боеприпасов.
— Когда сомнений не остаётся, координаты целей передаём артиллеристам, — отмечает «Руль».
На другом конце коммуникаций — расчёты 122-мм гаубиц Д 30. По закрытым каналам связи к ним приходит пакет данных: квадрат, уточнённые координаты, краткое описание цели.
Номер расчёта с позывным «Путеец» вспоминает этот момент коротко: «Поступила команда “К бою!” Мы получили координаты и приготовились к корректировке».
На огневой позиции расчёт разворачивает орудие, наводчик сверяется с данными, командир уточняет установки. В это время в небе над целью всё ещё работает разведывательный БпЛА. Его задача — не только найти объект, но и «держать» его до момента удара.
Первый залп уходит по цели. Через несколько секунд на картинке с дрона — вспышки разрывов в глубине посадки, тёмные клубы пыли и дыма поднимаются над маскировочными сетками. Оператор даёт краткий доклад.
— Есть разрыв! Нужна корректировка. Юг 50, Восток 40. Как принял? — уточняет «Руль».
Артиллерийский расчёт действует ритмично, без суеты. Команды повторяются, снаряды уходят один за другим. Между залпами — короткий обмен информацией с операторами.
— Самое сложное было не найти, а дождаться момента, когда там будет максимум вэсэушников и техники, — поясняет «Руль». — Можно было ударить раньше, но тогда часть вражеских расчётов ушла бы на запасные позиции. Мы ждали, пока они «успокоятся», войдут в своё расписание. В итоге застали их как раз в процессе работы.
Там, где недавно просматривались силуэты людей и техники, теперь — размытые пятна разрушений. На одном из кадров с дрона оператор замечает вспышку в глубине лесополосы — детонирует что-то крупнее обычного боеприпаса.
— Это может быть склад с боекомплектом или место хранения зарядов для беспилотников, — отмечает он.
Ещё несколько попаданий — и участок превращается в разорванную полосу с вывороченными деревьями и разрушенными укрытиями.
Когда последний снаряд уходит по цели и расчёт получает подтверждение о прекращении активности на участке, орудие сворачивается, машина уходит с позиции. Разведывательная «птичка» делает ещё один круг над местом бывшего пункта управления, фиксирует разрушения и тоже возвращается на свою площадку.
В результате огневого поражения уничтожены пункты управления беспилотной авиацией, склад боеприпасов и находившаяся на позициях живая сила противника. Лишив ВСУ пунктов управления и запасов для беспилотников на этом участке, артиллеристы и операторы БпЛА снижают активность вражеской воздушной разведки и плотность ударов по нашим подразделениям, а значит, облегчают работу штурмовых групп и сокращают риски для личного состава на переднем крае.
Никита Харахорин.