Mail.ruПочтаМой МирОдноклассникиИгрыЗнакомстваНовостиПоискВсе проекты

Схема Абызова: что не так со сделками, за которые арестовали экс-министра

Откуда в деле против бывшего министра хищения на 4 миллиарда рублей?

1
Что случилось?

Согласно материалам дела, экс-министр «Открытого правительства» Михаил Абызов вместе с другими фигурантами похитил 4 млрд рублей от сделок с четырьмя компаниями — АСС, ПРиС, ПЭСК, РЭМиС, а пострадал в итоге государственный «Алмазювелирэкспорт». Forbes разобрался, что это за сделки и что в них могло заинтересовать правоохранителей.

В конце октября 2003 года у офиса регионального монополиста «Новосибирскэнерго» остановился автобус, из которого тут же высыпали люди в камуфляже. Сотрудники ФСБ ворвались в здание, блокировали в своих кабинетах гендиректора и главного бухгалтера и, лишив их средств связи, 14 часов подряд допрашивали топ-менеджеров и вели обыски. Среди потенциальных причин — темное прошлое приватизации «Новосибирскэнерго».

2
Скандальная история «Новосибирскэнерго»

В 1997 году компания 25-летнего бизнесмена Михаила Абызова получила 19% «Новосибирскэнерго» в оплату поставок топлива и сельхозтехники для Новосибирской области. Пакетом была погашена только половина долга, жаловался Абызов. Впрочем, следователи считали иначе.

Сделка заинтересовала Генпрокуратуру после того, как губернатор Новосибирской области Виталий Муха ушел в отставку. Продажа «Новосибирскэнерго» причинила региону 200 млн рублей ущерба, решили следователи, и завели на Муху уголовное дело.

Абызов проходил по нему свидетелем. Правда, до суда дело не дошло, так как попало под амнистию.

Абызов тем временем сосредоточил у себя 90% «Новосибирскэнерго», рассказывал бывший гендиректор компании Виталий Томилов, который тоже продал свои акции бизнесмену. С тех пор «Новосибирскэнерго» пережило как минимум две реорганизации. И именно они могли стать основой для уголовного дела против бизнесмена.

3
Странные сделки из дела Абызова

Первая реорганизация началась за год до рейда ФСБ — в 2002 году. Реформа затронула непрофильные для «Новосибирскэнерго» бизнесы. Они стали самостоятельными, хоть и «дочерними» компаниями. В частности, отделились ремонтные ЗАО «ПРП» и «Энергоспецмонтаж», ЗАО «НЭСКО», которое занималось материально-техническим снабжением, диагностическое предприятие ЗАО «Инженерный центр» и ЗАО «Региональные электрические сети» (РЭС), которому было передано электросетевое имущество «Новосибирскэнерго».

Однако самостоятельными компании пробыли недолго. Уже в начале 2010-х годах ПРП, НЭСКО, «Инженерный центр» и «Энергоспецмонтаж» были присоединены к фигурирующим в деле Абызова ПРиС, АСС, ПЭСК и РЭМиС, следует из данных СПАРК. В конце 2013 года владелец последних четырех структур — кипрский офшор «Блэксирис» — продал их компаниям «Сибэко» и РЭС, на которые распался «Новосибирскэнерго» после второй реорганизации в 2011 году. «Сибэко» купила ПРиС, АСС и ПЭСК, а РЭС — РЭМиС. В результате этих сделок прежние «дочки» «Новосибирскэнерго», по сути, вернулись обратно.

4
Откуда в деле хищения на 4 млрд рублей?

Из бухгалтерской отчетности РЭС за 2013 год следует, что покупка РЭМиС обошлась в 1,5 млрд рублей. А финансовые вложения «Сибэко» за 2013 год увеличились по сравнению с предыдущим годом на 2,4 млрд рублей.

Общая сумма сопоставима с оценкой ущерба в 4 млрд, которую приводит СКР. При этом суммарный уставной капитал четырех компаний (около 140 млн рублей) сопоставим со справедливой, по мнению следователей, ценой за активы в 186 млн рублей.

5
Что известно о потерпевшей стороне

В ходе заседания судья назвала «Алмазювелирэкспорт» и двух акционеров «Сибэко» и РЭС, неких Рубцова и Акопяна, потерпевшими. В официальном сообщении ФГУП заявил, что в конце 90-х купил небольшой пакет «Новосибирскэнерго» (0,06%), но управлением активом «Алмазювелирэкспорт» не занимался.

ФГУП мог пострадать от «внутригрупповой реструктуризации», рассуждает корпоративный юрист, попросивший об анонимности из-за знакомства с Абызовым. В российской практике случаются сделки между компаниями, одна из которых на 100% принадлежит бенефициару, а другую он контролирует операционно, отмечает собеседник Forbes:

Экономика очень простая. Если я что-то продаю из полностью своего кармана, переплатив 100 рублей, в компанию, которая мне принадлежит лишь на 60%, по факту я зарабатываю 40 рублей.

Само собой, такие сделки наносят ущерб миноритариям, констатирует юрист. Но, как правило, такие споры рассматриваются в частноправовой плоскости и ограничиваются исками о взыскании убытков. В ситуации, когда совершаются сложные коммерческие сделки, «идти через уголовку странно», признает собеседник Forbes. И тут же оговаривается: «До недавнего времени».

Сергей Титов

Читайте также